2. БОГ ПОВЕДЕТ ТЕБЯ МАЛЫМ ПУТЕМ

 

Перед глазами Терезы стоял идеал святости - великий и прекрасный. По мере того как она продвигалась по пути любви, она видела, что Бог достоин несравненно более сильной любви, нежели та, что была в ее сердце. Проникнутая божественным светом, Тереза постоянно ощущала свое несовершенство. И все-таки это не сковывало ее. Однажды ее посетило решающее озарение. Бог указал ей истинный путь к святости, малый путь, по которому Он Сам несет нас, если только мы не мешаем Ему делать этого. Тереза так повествует о своем открытии:

 

Я всегда жаждала стать святой. Но увы! Сравнивая себя со святыми, я каждый раз приходила к выводу, что между ними и мной существует такая же разница, как между горой, вершина которой теряется в небесах, и безвестной песчинкой, попираемой ногами прохожих. Однако вместо того, чтобы впасть в уныние, я сказала себе: "Всеблагой Бог не стал бы внушать неосуществимых желаний, а значит, несмотря на то, что я так мала, я могу стремиться к святости. Вырасти мне невозможно; я должна терпеть себя такой, какая я есть, со всеми своими недостатками. Но я хочу найти средство, чтобы дойти до Неба малым путем - прямым и коротким, - совершенно новым малым путем. Мы живем в век изобретений; теперь уже не нужно утруждать себя, взбираясь по ступеням лестницы, - у богатых людей ее с успехом заменяет лифт. Поэтому я хотела бы найти такой лифт, который вознес бы меня к Иисусу, ибо я слишком мала для того, чтобы подниматься по крутой лестнице совершенства". Итак, я стала искать в Священном Писании упоминания о лифте, предмете моего желания, и прочла слова, исшедшие из уст вечной Премудрости: "Да придет ко Мне тот, кто совсем мал". И я пришла, догадываясь, что нашла то, чего искала. Поскольку я желала знать, о мой Боже, что сделаешь Ты с совсем малым, ответившим на Твой зов, я продолжала свои поиски, и вот что я нашла: "Как мать ласкает дитя свое, так Я утешу вас; на руках буду носить вас и на коленях качать!" Ах, никогда еще я не слышала более нежных, более благозвучных слов, которые так обрадовали мою душу. Лифт, который должен поднять меня на Небо, - это Твои руки, Иисусе! Для этого мне вовсе не нужно расти, напротив, мне нужно оставаться маленькой и становиться все меньше и меньше. О Боже, Ты превзошел мои ожидания, и я хочу воспеть Твое милосердие! (Рук С 2r-3r)

 

Иисусу было угодно указать мне единственный путь, ведущий к этому божественному горнилу. Путь этот - доверие маленького ребенка, без страха засыпающего в объятиях отца... "Да придет ко Мне тот, кто совсем мал," - сказал Дух Святой устами Соломона. Тот же Дух Любви сказал еще, что "милосердие даруется тому, кто мал". Именем Его пророк Исайя открыл нам, что в последний день "Господь поведет стадо Свое на пажити и соберет агнцев и будет носить их на груди Своей". И, словно всех этих обетовании недостаточно, тот же пророк, чей вдохновенный взор проникал в глубины вечности, воскликнул от имени Господа: "Как мать ласкает дитя свое, так Я утешу вас; на руках буду носить вас и на коленях ласкать". (...) Ах, если бы все слабые и несовершенные души чувствовали то, что чувствует наименьшая из них, душа Вашей маленькой Терезы, ни одна из них не усомнилась бы в том, что она достигнет вершины горы любви, ибо Иисус не требует великих подвигов, но лишь доверия и благодарности (...). Увы, Он находит так мало сердец, полностью предающихся Ему и понимающих, сколь нежна Его бесконечная Любовь! (Рук   В 1r-v)

 

Любовь не боится и, словно дитя, Засыпает на сердце Бога. (СЗ)

 

Сам Бог будет ее святостью.

 

Я жажду наилучшим образом исполнить Твою волю и достичь славы, которую Ты уготовал мне во Царствии Твоем. Словом, я жажду быть святой, но чувствую свое бессилие и потому прошу Тебя, мой Боже, чтобы Ты Сам был моей Святостью (М 6).

 

* * *

 

Смелость ее упования рождается из Любви, которую Бог открыл нам, и в которую Тереза верит радикально, слепо, не допуская ни малейшего сомнения.

 

Я всего лишь дитя, немощное и слабое, однако именно эта слабость и придает мне отвагу, чтобы принести себя в "Жертву Твоей Любви", Иисусе! Всесильный и всемогущий Бог некогда принимал только чистые и непорочные жертвы. Чтобы удовлетворить божественную справедливость, нужны были совершенные жертвы. Но на смену закону страха пришел закон Любви, и Любовь избрала для жертвы всесожжения меня - слабое и несовер­шенное творение... Достоин ли этот выбор Любви? Да, ибо для того, чтобы Любовь была полностью удовлетворена, она должна унизиться, унизиться до ничтожества, и превратить это ничтожество в пламя... (Рук В 3v)

 

Как можете Вы спрашивать меня, возможно ли вам любить Всеблагого Бога так, как люблю Его я?... Если бы Вы поняли историю птички [приведенную в "Рукописи В"], вы не задавали бы подобных вопросов. Моя жажда мученичества - ничто, это не она дает мне то безграничное упование, которое я ощущаю в своем сердце. По правде говоря, именно духовные богатства делают нас неправедными, когда мы самодовольно почиваем на них и думаем, что они - нечто великое. (...)

Как же после этого Вы можете говорить, что мои желания свидетельствуют о любви? Ах, я хорошо чувствую, что в моей маленькой душе Всеблагому Богу угодно вовсе не это. Ему угодно то, что я люблю свою бедность и ничтожество, что я слепо уповаю на Его милосердие... Вот мое единственное сокровище. (...)

Поймите, для того, чтобы любить Иисуса, чтобы быть жертвой Его любви, чем слабее мы, чем меньше у нас желаний и добродетелей, тем лучше мы подготовлены к действию этой всепоглощающей и преображающей любви. Достаточно единственного желания - быть жертвой, но нужно согласиться с тем, чтобы всегда оставаться бедным и бессильным, а это нелегко, ибо "где найти истинно нищего духом? Далеко нужно искать его" - говорит Псалмопевец. Он не говорит, что нужно искать его среди великих, но "далеко", то есть низко, в ничтожестве. Ах, будем же оставаться вдалеке от всего, что блестит, будем любить свое ничтожество, любить, ничего не ощущая, и мы станем нищими духом, и Иисус придет искать нас и, как бы далеко мы ни были, Он превратит нас в пламя любви... О, если бы я могла объяснить Вам, что я чувствую!... Доверие и только доверие должно вести нас к Любви... (ПТ 197)

 

* * *

 

Мы нуждаемся в новых евангельских порывах. Мы должны научиться жить зачастую вопреки тому, что нам подсказывают наши естественные побуждения.

 

Вы хотели бы взойти на гору, а Всеблагой Бог хочет, чтобы вы спустились в глубину плодородной долины, где вы могли бы научиться самоотречению (СиВ 26).

 

"Когда я думаю обо всем, чего должна достичь..." - сказала ей однажды сестра Женевъева. Тереза ответила:

 

Скажите лучше: "от чего я должна освободиться"! Иисус будет наполнять вашу душу великолепием по мере того, как вы будете освобождать ее от недостатков (СиВ 26).

 

В память о моих обетах [рассказывает сестра Женевъева] моя дорогая сестричка нарисовала придуманный мною герб с девизом: "Теряющий приобретает". Она объяснила мне, что на земле нужно потерять все, позволить лишить себя всего, чтобы стать нищим духом (СиВ 28).

 

Терезу восхищало Евангелие о работниках, нанятых в последний час и получивших столько же, сколько и те, что переносили тяготы дня. Она говорила:

 

Видите, если мы доверимся Всеблагому Богу, делая все, что в наших силах, и уповая лишь на Его милосердие, то получим столько же, сколько и великие святые (СиВ 167).

 

Вы знаете, что я бедна, но Всеблагой Бог постепенно дает мне все, в чем я нуждаюсь (СиВ 63).

 

* * *

 

Итак, "малый путь", который указывает Тереза, - это не самостоятельный подвиг, но верность благодати усыновления, даруемой нам Богом.

 

Это путь духовного младенчества, путь доверия и полного самоотречения. Я хочу показать маленькие средства, которыми я в совершенстве умею пользоваться, и сказать, что в этом мире мы должны делать только одно: бросать к ногам Иисуса цветы малых жертв, трогать Его лаской. (ПБ)

 

Тереза уверяет, что в ее учении найдется что-нибудь для каждого, кроме тех, кто идет исключительными путями (ПБ, 9 августа, 2).

 

Я знаю, есть святые, посвятившие жизнь удивительным умерщвлениям плоти, дабы искупить свои грехи. Но "в доме Отца Небесного обителей много". Иисус Сам сказал это, и потому я следую по пути, который Он для меня наметил. Я стараюсь вовсе не заниматься собой, а то, что Иисус благоволит совершать в моей душе, я предаю Ему, ибо я избрала аскетическую жизнь не ради искупления своих прегрешений, но ради искупления прегрешений других (ПТ 247).

 

Некогда Господь наш так ответил матери сыновей Зеведеевых: "Сидеть у Меня по правую сторону и по левую - это для тех, кому уготовано Отцом Моим". Думаю, что эти избранные места, в которых было отказано великим святым, мученикам, будут предназначены для детей (СиВ 47).

 

Мария Пресвятой Троицы, молодая послушница, видя свою нищету, впадала в уныние. Тереза сказала ей:

 

Вы напоминаете мне маленького ребенка, который уже может держаться на ногах, но еще не умеет ходить. Желая добраться до своей матери, стоящей наверху лестницы, он поднимает ножку, чтобы вскарабкаться на первую ступеньку. Напрасное усилие! Он все время падает и не в силах продвинуться вперед. Согласитесь быть таким же маленьким ребенком.  Совершенствуясь во всех добродетелях, постоянно поднимайте свою ножку, чтобы взбираться по лестнице святости. Вам не удастся вскарабкаться даже на первую ступеньку, но Бог не требует от вас ничего, кроме доброй воли. Вскоре, покоренный вашими напрасными усилиями, Он Сам спустится к вам и, взяв на руки, навсегда унесет вас в Царство Свое (ПоОД 205).

 

"Вы думаете, я еще могу надеяться на то, что буду с вами в Небе?" - спросила ее сестра Женевьева. - "Мне кажется, это невозможно. Это все равно что побуждать однорукого карлика достать приз, находящийся на вершине ярмарочного шеста!" Тереза ответила:

 

Да, но вдруг найдется великан, который возьмет карлика на руки, высоко поднимет и сам даст ему предмет его желаний?! Всеблагой Бог поступит с вами именно так. Однако не стоит занимать себя этим, нужно только сказать Всеблагому Богу: "Я прекрасно знаю, что никогда не буду достойна того, на что надеюсь, но, словно нищий, я протягиваю к Тебе руки, будучи уверена, что Ты внемлешь моим мольбам, ибо Ты благ!" (ПБ, 5 августа, 3; из записок сестры Женевьевы)

 

На вопрос, много ли ей пришлось бороться, чтобы стать столь преданной Богу, Тереза ответила:

 

Ах, не в этом дело! (ПБ, 3 августа, 2)

 

Послушнице, опечаленной своими прегрешениями:

 

Вот и опять вы сошли с малого пути! Печаль, унижающая и повергающая в уныние, происходит от самолюбия, сверхъестественная же печаль придает мужества в новом порыве к добру. Мы счастливы чувствовать себя слабыми и ничтожными, поскольку чем более смиренно мы это признаем, ожидая, что Всеблагой Бог даст нам все даром, без малейшей заслуги с нашей стороны, тем более Всеблагой Бог снисходит к нам, чтобы щедро осыпать нас Своими дарами (ПоОД 208).

 

Я покажу вам, как нужно плыть по бурному мирскому морю: с самоотверженностью и любовью ребенка, знающего, что Отец дорожит им и не может покинуть его в минуту опасности (ПТ 258).

 

* * *

 

Итак, в час смерти не нужно бояться поражения! Однажды мать Агнесса сказала Терезе: "Увы, мне нечего дать Всеблагому Богу! В час смерти я предстану перед Ним с пустыми руками! Это очень печалит меня". Тереза ответила:

 

Ну что же, значит вы не похожи на крошку [иногда она так себя называла], которая, как-никак, находится в той же ситуации... Даже если бы я совершила все деяния святого Павла, я бы все еще почитала себя "рабом, ничего не стоящим". Но именно это и радует меня, ибо, не имея ничего, я получила все от Всеблагого Бога (ПБ, 23 июня, !)

 

Когда я предстану перед своим возлюбленным Женихом, я не смогу дать Ему ничего, кроме моей жажды... (ПТ 218)

 

Я делаю ставку на любовь. Я ставлю на нее все. Если я проиграю, то все будет ясно. (...) Я не знаю, богата я или бедна — это выяснится впоследствии (СиВ 71).

 

Я очень рада, что вскоре отправлюсь на Небо. Однако когда я думаю о словах Всеблагого Бога: "Награда Моя со Мной, чтобы воздать каждому по делам его," - то говорю себе, что в моем случае Он будет слегка озадачен. Ведь я ничего не совершила! Итак, Он не сможет воздать мне "по делам моим"... Ну что же, тогда Он воздаст мне "по делам Своим!.." (ПБ, 15 мая, 1)

 

В своем "Акте принесения себя в дар" Тереза раз и навсегда отреклась от всякой жажды обладания, чтобы полностью предать себя Милосердной Любви.

 

Под вечер жизни я предстану пред Тобою с пустыми руками, ибо я не прошу, Господи, чтобы Ты вменил мне в праведность совершенные мною дела. В глазах Твоих вся наша праведность - прах. Поэтому я хочу облечься в Твою собственную Праведность и получить в дар от Твоей Любви вечное обладание Тобой Самим. Иного престола и иного венца, чем Ты, мой Возлюбленный, я не желаю! (...)

Дабы жить в совершенной Любви, я приношу себя в жертву всесожжения Твоей милосердной любви и молю, чтобы Ты непрестанно сжигал меня, позволяя скрытым в Тебе волнам бесконечной нежности захлестнуть мою душу, чтобы таким образом я стала мученицей Твоей Любви! (М 6)